Основателем купеческого рода Костроминых стал живший в первой половине XVII века крестьянин Андреян (Андрей) Тарасов сын из Никольской слободы Нижнего Новгорода. Несколько поколений его предков были вотчинниками Печерского монастыря. Его сын Михаил вел успешную торговлю с Костромой, благодаря чему получил прозвище Костромин. Эта торговля принесла ему немалый начальный капитал, благодаря чему Костромин перешел в экономические крестьяне, добывавшие себе пропитание не в поле и не на скотном дворе, а за прилавками на базарах и ярмарках. Помощниками Михаила Андреяновича были двое сыновей, Петр и Иван, и племянник — Михаил Семенов сын. В 1760 году оборотистый крестьянин решил выйти из-под власти монастыря. Он объявил капитал в 5000 рублей и записался в нижегородское купечество. Этот поступок вотчинника вызвал ярость настоятеля монастыря Софрония. В декабре 1761 годы Софроний приказал бросить в темницу старшего сына Костромина — Петра. Как только узник оказался на свободе, так тотчас же подал жалобы на произвол архимандрита в Нижегородский магистрат и Низовую соляную контору. В тех прошениях Петр Михайлович писал, что подрядился поставить в Нижний Новгород 20 000 пудов, а в Кострому — 60 000 пудов соли. Если магистрат не оградит его от бесчинств настоятеля монастыря, то поставки будут сорваны, и население двух городов окажется без жизненно необходимого продукта. После этого светские власти обратились к нижегородскому епископу утихомирить не в меру распоясывавшегося архимандрита. Костроминых отличал не только незаурядный коммерческий дар, но и активная общественная деятельность. Гордостью Нижнего Новгорода является Иван Петрович Кулибин. Но Кулибин до конца жизни пробыл бы безвестным нижегородским обывателем, не приди ему на помощь Костромин. Михаил Андреянович более четырех лет кормил и одевал мастера и его семью, в течение всех лет работы над знаменитыми часами снабжал необходимыми инструментами и материалами. Когда же сложнейший механизм был готов, Кулибин с Костроминым вместе отправились в Петербург, где были представлены Екатерине II. Мало кто ныне знает, что одна из дочерей знаменитого механика, Татьяна, до 16 лет жила в семье Костроминых. За свою помощь механику-самоучке купец был удостоен серебряной кружки с портретом императрицы и 1000 рублей. Большую часть этих денег купец-старообрядец потратил на восстановление разрушенного в царствование Петра I Оленевского скита и на материальную помощь его насельникам. Сын и наследник Михаила Андреяновича, Иван, не унаследовал ни выдающегося коммерческого дара, ни альтруизма своего отца. Он «прославился» систематическим обманом своих деловых партнеров и срывом поставок соли и рыбы. Это, впрочем, не помешало ему в конце 1770-х годов стать заседателем губернского магистрата, а в 1798 году — городским головою. Его правление городом частенько напоминало неправедный «шемякин суд». В 1805 году бывший нижегородский голова Иван Костромин объявил себя банкротом. Перед этим большую часть своего немалого состояния ловкий купец перевел на имя сына Александра и четырех дочерей. И пока верхний земский суд рассматривал иски ограбленных Костроминым деловых партнеров, его сын приобрел в Нижнем Новгороде большой каменный дом с деревянным флигелем, амбары, погреба и лавки. После этого Александр Костромин записался в первую гильдию нижегородского купечества, объявив капитал в 50 000 рублей. В своей коммерческой деятельности Александр Иванович не ограничился традиционной солеторговлей, но занялся и другим, чрезвычайно выгодным делом — винными откупами. Торговля солью и вином быстро поставила Костромина в ряд богатейших граждан Нижнего Новгорода. Огромный личный капитал, а также умение держать данное слово создали Костромину непререкаемый авторитет в купеческой и мещанской среде. В 1807 году нижегородское купеческое общество предложило своему преуспевающему члену баллотироваться на должность городского головы. Памятуя о печальной участи отца, Александр Иванович благоразумно отказался от почетного, но крайне убыточного предложения. Чем больше Костромин богател, тем меньше времени у него оставалось для коммерции — честолюбивого торговца охватила жажда попасть в дворянское сословие. Костромин занялся благотворительностью. В 1805 году на его средства было приобретено каменное здание для городской больницы. За сей щедрый дар его удостоили золотой шейной медали «За усердие». На протяжении многих лет купец щедро жертвовал крупные денежные суммы на благоустройство родного города и на сражающуюся с французами армию, но вожделенного дворянства добиться не мог — его награждали медалями. Огромные деньги ввели честолюбивого купца в узкий круг первых лиц губернии — опытный предприниматель играл при них роль коммерческого консультанта. По этой причине и вице-губернаторы, и губернаторы были крайне заинтересованы в дружбе подобного человека. Особенно близкие отношения сложились у Костромина с семейством губернатора А. С. Крюкова. Крюков не раз ходатайствовал перед столичными властями о предоставлении Костроминым дворянства, но каждый раз получал решительный отказ. Александр Костромин был не из тех, кто при неудачах безвольно опускает руки. Поняв, что дворянином ему не стать, он сделал все от него зависящее, чтобы «протащить» в привилегированное сословие сына Федора. При активном содействии нижегородского губернатора Федора Костромина определили в гвардейский кирасирский полк: выслужив офицерский чин, купеческий сын таким образом получал право на дворянство. Если бы только Костромин-старший и Крюков знали, чем закончится их затея. Федору Александровичу удалось выслужить чин поручика и получить право на запись в Дворянскую родословную книгу. Его заветная мечта в конце концов осуществилась, но за нее пришлось заплатить страшную цену: в сентябре 1826 года однополчане-шулеры выиграли у новоиспеченного офицера и дворянина 358 тысяч рублей. За три ночи игры Косромин спустил практически все, что накопили три поколения его предков. Роковой проигрыш стал причиной скоропостижной смерти Костромина-старшего, самоубийства супруги Федора Александровича. Федор Костромин сумел расплатиться по карточным долгам, но при этом он потерял все, что имел. За этим последовали несколько лет алкоголизма и самоубийство в 1835 году. Его нищим потомкам-дворянам была уготована незавидная участь мелких чиновников. Никто из детей и внуков Федора Александровича не занимался предпринимательской деятельностью. Игорь МАКАРОВ

Содержание номера | Поиск по журналу | Нижегородский предприниматель